Этот раздел посвящен истории Омска и Омской области.

Аптеки, как и многие другие новшества, появились в России во времена неугомонного реформатора Петра I. В 1701 году он запретил продажу лекарств в москательных и зелейных лавках и открыл в Москве восемь частных аптек «для всяких надобностей и потребностей лекарств», пригласив для этого иностранцев. Им было предоставлено монопольное право изготовления и отпуска лекарств, разного рода льготы и приви­легии. Участие иностранцев в аптекарском деле России было весьма заметным и в течение двух последующих веков.

Законодатель­ство   практиче­ски не менялось, и как писал в «Вестни­ке омского общественного управления» в 1912 году автор, укрывшийся под псевдонимом «Р.В.»: «Закон ставит своей задачей оградить аптекарей от конкурентов». И действи­тельно, чтобы открыть в России новую аптеку, требовалось получить разре­шение губернатора. Губернатор в свою очередь, прежде чем выдать такое раз­решение, обязан был собрать сведения через врачебное управление, нужна ли такая аптека, исходя из числа жителей и количества имеющихся аптек.

Но мало того, врачебное управле­ние по закону было обязано запросить «письменные отзывы от прочих содер­жателей аптек насчет того, может ли учреждение новой аптеки быть допуще­но, с изъяснением в противном случае встречаемых препятствий». И если ап­текари возражали (а кому хочется иметь под боком конкурента!), то губернатор не имел права выдавать разрешение. Таким правом обладал только министр внутренних дел!

Отсутствие конкуренции давало воз­можность произвольно устанавливать цены и отпускать медикаменты по так называемой аптекарской таксе. Писа­тель и практикующий врач Антон Пав­лович Чехов называл ее наследием, оставленным миру Каином. Так, 10 г полухромистого железа обходилось ап­теке по 5 коп., а продавалось по аптекарской таксе по 1 руб. 25 коп., унция коллодия для заливки ран и порезов стоила аптеке 3 коп., а продавалась за 48 коп., 1000 таблеток углекислой соды стоили 85 коп., а продавались за 20 руб. 54 коп. Кроме того, особая плата при изготовлении ле­карств взималась за все: взбал­тывание, смешивание, бумагу для порошков, сургуч для печа­ти и т.п.

Как видим, аптека - место весьма доходное, и тот, кто об­ладал привилегией (лицензией) на содержание аптеки, обладал состоянием. Так, право на со­держание в Москве Новотриумфальной аптеки было продано за 100 тысяч ру­блей, а вскоре перепродано за 120 тыс. рублей. В уездных городках с населени­ем несколько тысяч человек право на аптеку стоило более 10 тысяч рублей.

На просьбы и требования упростить систему открытия новых аптек в Мини­стерстве внутренних дел говорили, что этого нельзя делать, так как аптекари затратили на покупку аптек большие ка­питалы и могут разориться.

Естественно, что дороговизна делала многие лекарства недоступными для простого народа. В то время, к примеру, рабочий кондитерской фабрики получал в месяц всего 4-5 руб. Зато зарплата в аптеках была на порядок выше, как в со­временных банках. В 1916 году управля­ющий Омской городской аптеки получал 150 руб. в месяц, бухгалтер - 100 руб. (плюс 100 руб. - пособие в конце года), провизор-лаборант - 125 руб., кассир - 30 руб., прачка - 20 руб.

30-процентная аптекарская такса стала причиной конфликтной ситуации между Омской городской аптекой и го­родской больницей. Вопрос рассма­тривался 6 февраля 1914 г. на совмест­ном заседании Врачебно-санитарного совета, Больничного совета и Аптекар­ской комиссии. Аптекарская комиссия просила уплатить за городскую больни­цу долг 3847 руб.

При обсуждении выяснилось, что 30-процентная аптекарская такса взима­лась не только за медикаменты, но и за медицинские изделия. В результате 1 пуд высшего сорта гигроскопической ваты в частных аптеках стоил 32 руб., а в городской аптеке - 41 руб. 60 коп., 100 аршин марли у частников - 75 руб., в городской аптеке - 81 руб. 90 коп. В конце концов, решили, что порочную систему за один раз не изменить, и обратились с просьбой в Городскую думу списать с больницы долг в сумме 3092 руб. 51 коп.

Земства и города имели право выдавать бесплатно лекарства только из своих больничных и амбулаторных аптек, но и это право ограничивалось при наличии в городе частных аптек. В этом случае бесплатно выдавались лекарства лишь неимущему населению. Степень бедности определял врач. Земства и города могли быть соискателями на открытие новой аптеки или перекупать при­вилегию у частных аптекарей. На это нужны были большие деньги.

Положение стало меняться к лучшему с принятием вопреки сопротивлению Министерства внутренних дел закона от 12 февраля 1912 года, утвержденного царем. Этот закон позволял земским и городским vправлениям открывать новые аптеки без разрешения губернатора. Для открытия аптеки требовалось только два условия: 1) соответствующее постановление земского собрания или Городской думы, 2)извещение местного врачебного отделения о предстоящем открытии аптеки не позднее как за месяц до этого срока.

В Омске значительный след в аптечном деле оставил Крикорьянц И.С. Он был прикомандирован с 30 апреля 1899 г. к аптеке военного госпиталя, с февраля 1905 г. назначен заведующий Омским аптечным магазином. В 1912 г. магазин был переименован в Омский аптечный склад, а Крикорьянц,  произведенный ранее в надворные советники остался его заведующим.

Деятельность аптек стала более заметной в годы Первой мировой войны. Если в 1913 году справочник «Весь Омск» указывает семь частных провизоров, то в 1919 году (при колчаковском правительстве) в городе было 17 аптек.

После утверждения Советской власти в Омске для объединения и увеличения производства техно-химико-фармацевтических  предприятий Сиботделения Красного Креста 22 ноября 1922 г. в Омской области учреждено Особое Управление. С этого времени и ведет свой отсчет современная омская фармацевтика.

Павел БРЫЧКОВ

БИЗНЕС КУРС №24

28 июня 2006 г.